Вполне себе царское дело: Романовы-художники

Хобби бывают у всех, даже у императоров. Взглянем на рукоделия представителей императорского дома Романовых вместе с Софьей Багдасаровой.

Петр I: чарка князя Гагарина

В 1709 году император собственноручно выточил чарку из орехового капа (нароста на дереве). Как гласит латинская надпись на чарке, он пожаловал ее князю Матвею Гагарину, губернатору Москвы, в благодарность «за Полтаву», то есть за устройство праздника в честь Полтавской победы («Pultavia annus honore de la Maje(s)te Prince Matve(i) Petrowitz Gagarin»). На чарке еще есть русская надпись («Се рукоделие императора российского великого Петра Алексеевича»).

Впрочем, в витрине Исторического музея мы видим отнюдь не ту чарку, которая сошла с точильного станка царя: позже Гагарин украсил ценный подарок золотой оправой с драгоценными камнями — чтобы разглядеть первоначальное деревянное изделие, надо постараться.

Мария Федоровна: портрет свекрови

Жена императора Павла I, немецкая принцесса, получила великолепное домашнее образование. Привили ей и любовь к искусствам и ремеслам. Долгие годы она оставалась великой княгиней при императрице Екатерины Великой, но от безделья не страдала: пела, играла на клавикордах, вышивала гладью, занималась живописью, лепкой, вытачивала статуэтки из янтаря и слоновой кости, гравировала, резала камеи из камня и стекла. Уже в России она выучилась технике металлических отливок, изготовлению стеклянных паст и работе с воском. (Таким образом, она одна из первых женщин-художников России.)

Камею из Эрмитажа она выточила к 60-летию императрицы, большой любительницы этого жанра. (Сама Екатерина в большом количестве покупала камеи для своей коллекции, и после обеда, слушая чтение почты, делала с них слепки папье-маше и потом дарила фрейлинам и родне.) Мария Федоровна изобразила свекровь в образе богини Минервы. Для императрицы это была популярная аллегория, но вариант со сфинксом на шлеме изобрела, видимо, сама Мария Федоровна.

Николай I: гравюра с солдатиком

Разумеется, все дети Марии Федоровны овладели художествами, причем не только девочки, но и мальчики. Помимо рисунков, в том числе архитектурных пейзажей с отличной отмывкой акварелью (даже великому князю Константину они удавались!), сохранились работы и в более трудоемких жанрах — например, гравюры и рельефы.

Видно, что великому князю Николаю Павловичу (будущему императору Николаю I) нравилось делать гравюры на меди, а потом раскрашивать их акварелью. Например, так он изобразил унтер-офицера лейб-гвардии Саперного батальона, первым шефом которого он был. Лист входит в целую графическую серию с изображением форм солдат, причем ее созданием Николай занимался, когда ему было уже за двадцать.

Александр III: подарок Павлику

Многочисленных детей в императорской семье учили хорошо и усердно, никаких поблажек не было. Рисование со времен Марии Федоровны входило в число обязательных предметов, в том числе и для мальчиков. В Государственном архиве РФ сохранились рисунки второго сына императора Александра II — великого князя Александра Александровича (будущего императора). Один из них, с надписью «1856 год, 20 сентября. Павлику от Саши», выполненный им в 11 лет, изображает морской пейзаж на очень достойном уровне.

В детстве будущий император учился рисунку у профессора живописи Николая Ивановича Тихобразова. Затем он познакомился с известным пейзажистом-маринистом Алексеем Петровичем Боголюбовым и взял его с собой в путешествие по России для создания путевых зарисовок (альбом хранится в Павловске). После свадьбы с Дагмар цесаревич рекомендовал Боголюбова жене в качестве учителя живописи, а потом — что редкость во взрослом возрасте — и сам стал брать у него уроки. Очевидно, их сближала любовь к морским видам.

Мария Федоровна: дерево акварелью

Жена императора Александра III, датская принцесса Дагмар, получив в православном крещении то же имя, что и прабабушка ее мужа, как и она, увлекалась искусством. В особенности рисованием акварелью (письмо маслом — более трудоемко и мало подходит для дам, хотя несколько полотен ее кисти все-таки существует). Этим она обязана своей матери, королеве Луизе, которая любила рисовать и занималась живописью вместе с дочерью. Боголюбов в «Записках моряка-художника» вспоминает, как в течение семи лет был наставником Марии Федоровны: «С удовольствием и без лести скажу, что она овладела колоритом и вкусом к краскам, марьяж которых понимала очень хорошо».

Как видно по работам императрицы, она не была крупным мастером и хорошо это сознавала. Опять слово Боголюбову: «Увлекаясь прекрасными видами, Государыня Цесаревна начала работать с натуры. Выбор ее сюжетов меня всегда удивлял. Она сознавала очень хорошо, что с большим кругозором ей не справиться, а потому всегда делала уголки с ярко освещенною частью этюда в середине и темных по краям тонов. Все это явно говорит о ее врожденном вкусе и добром смысле». После ее наставником стал академик живописи Николай Лосев.

Николай II: мирный пейзаж

Все дети Марии Федоровны, конечно, тоже учились рисованию — в том числе и будущий император Николай II. Сохранилась докладная записка его воспитателя Григория Даниловича, озаглавленная «Об устройстве учебных занятий великого князя Николая Александровича на предстоящий 1877/78 учебный год», которая гласит: «Рисование и уроки на фортепиано вводятся с целью развития органов зрения и слуха; по всем вероятиям, занятия по этим п